Но какой же он страшный, на мой взгляд! Именно в плане облика. Насмотришься восхитительных дворцов – а тут он, как ломтик имбиря в японской кухне – для свежести вкуса и взгляда, уже замыленного красотой.
Лютеранская церковь Святого Апостола Иоанна – нынешняя эстонская церковь, вернувшая прежний облик после реставрации. Лютеранская церковь построена в неороманском стиле, в советское время превратилась в клуб и потеряла свой первоначальный вид. Но не так давно ее восстановили.
Один из известных мостов Коломны – Египетский, украшенный сфинксами с обеих сторон. Неподалеку – доходный дом Капустина в стиле северный модерн.
А еще в самой глубине Коломны спрятался прекраснейший дворец.
Шато в Коломне
Этот замок словно сошел с фотографии в книге о замках Луары. Да и замок испанской Сеговии с ним в явном родстве. Так и видишь прекрасную даму у окна: смотрит, не скачет ли благородный кавалер, а менестрели развлекают ее своими балладами.
Петербургский дворец великого князя Алексея Александровича на набережной Мойки расположился в стороне от привычных туристических маршрутов, да еще и в парке среди высоких деревьев хорошо спрятался.
Я попала сюда пару лет назад осенним вечером, удивилась, что еще не заперли ворота, и оказалась в компании двух пожилых дам.
Одна радостно воскликнула: «О, вот еще одна любительница прекрасного!» – и шепотом призналась, что всю жизнь живет в Петербурге, и даже неподалеку, а вот лишь недавно открыла для себя хорошо спрятавшийся дворец.
Я сама узнала о нем, увидев фотографии у сына. Шато почти в центре Питера?
До передачи участка земли под строительство дворца на территории между рекой Мойкой, Английским проспектом и Шафировской улицей (современная улица Писарева) располагались строения бывших владельцев – церемониймейстера Сабурова, генерал-майора Альбрехта и других. В 1872–1882 годах особняком владел хозяин машиностроительных заводов Исаак Миронович Малкиель (1844–1881); после его смерти вдова продала особняк.
Участок приобрело Дворцовое ведомство для назначенного главным начальником флота и морского ведомства сына Александра Второго – великого князя Алексея Александровича.
В 1883 году архитектором М. Е. Месмахером начинается проектирование нового дворца. Для экономии и ускорения хода строительства в новое здание были встроены сохранившиеся на участке постройки. По пожеланию великого князя был выбран стиль, напоминающий французские шато.
После смерти князя Алексеевский дворец унаследовали его братья – Владимир и Павел, а также племянник Михаил Александрович. Новые владельцы сдавали в аренду пустующий дворец и прилегающие к нему сад и оранжерею. Полтора года его занимало германское посольство.
После революции дворец был Домом пионеров, автошколой, в блокаду в нем размещался склад, и к 2005 году здание находилось в аварийном состоянии.
Новый этап в его истории начался в октябре 2005 года, когда приняли решение о создании Дома музыки в Санкт-Петербурге. Огромную роль в этом сыграл бывший ректор Санкт-Петербургской консерватории Сергей Ролдугин, ставший первым художественным руководителем нового учреждения и инициатором реставрации дворца.
Архитектура дворца эклектична.
Вход устроен через Парадный и Собственный вестибюли, первый сохранил облик со времен прежних владельцев и не был полностью переделан М. Е. Месмахером.
Со стороны Собственного подъезда, в восточном флигеле здания, Месмахер поместил три помещения – Китайскую и Фламандскую гостиные, а также Английский зал с отделанным лепниной потолком в стиле английских лепных плафонов XVI–XVII веков, камином и украшенными резьбой дверьми, а также дубовой филенчатой панелью, – он являлся самым большим и красивым помещением дворца. В 2011 году Английский зал стал концертным залом Дома музыки.
То, что мы сегодня видим внутри, – результат реставрации, но выглядит прекрасно. Правда, я не очень большой любитель интерьеров всяческих дворцов и музеев, мне больше интересен архитектурный облик.
У стен замка в небольшом сквере гуляют мамы с колясками, радуются солнышку пожилые петербуржцы. На ступенях девушки делают селфи.
А замок смотрит вокруг, слегка удивляясь, каким ветром занесло его на берега Мойки, и видит сны о трубадурах и прекрасных дамах…
Кофейня на четырех этажах
Прогуливаясь по улице Садовой от Семимостья в сторону Невского, вы, конечно, увидите необычное здание. Второе такое же – разве что Дом Зингера.
Острый купол, вытянутый готический фасад, слегка веет творениями Гауди… Маскароны, венки, цветочный орнамент, мансардные окна, остроконечная башенка. А какие оскаленные морды львов, или это какие-то чудища…
Здание по ул. Садовая, 21 АБ построено в стиле бельгийского модерна. Чувствуете ветра Гента?
Оно никогда не было жилым; построенное по проекту архитектора В. В. Шауба, здание предназначалось для конторы фабрики Эдуарда Новицкого.
Василь Васильич Шауб (Вильгельм Иоганн Христиан Шауб) был одним из самых плодовитых петербургских архитекторов, работавших в стиле модерн. Им построено более 80 зданий в Петербурге, в первую очередь – архитектурный ансамбль Австрийской площади.
Заказчик здания, Эдуард Эдмундович Новицкий, был потомственным дворянином и промышленником, владел художественным литейным заводом, выпускавшим типовые памятники, включая бюсты императоров и полководцев, являлся членом Общества заводчиков и фабрикантов и Русско-Английской торговой палаты, а также директором-распорядителем товарищества «Новый лен».
В советское время и в наши дни в здании располагались букмекерская фирма, салон свадебных платьев, трикотажное объединение «Ника».
Практически заброшенное его выкупила «команда Флоу», превратив в кофейню «Дом Флоу», единственную в городе, расположенную на четырех этажах. Здесь всегда хватает места, но зайдя внутрь, вы удивитесь. И совсем не потому, что внешний облик здания сохранился полностью, а от внутренних интерьеров ничего не осталось. Дело в том, что по обычной традиции бельгийских и голландских домов здесь внутри очень мало места. Высокий фасад скрывает внутри весьма тесные пространства. Площадь здания всего 178 кв. м!
Неподалеку возвышается пожарная каланча. Пожары всегда были бедствием для городов, поэтому после закладки Петербурга Петр I запретил строить в новой столице деревянные дома, а на жителей наложил «пожарную повинность». По ней борьба с пожарами возлагалась на самих жителей.
В 1803 году Александр I подписал Высочайший указ, по которому жители столицы освобождались от пожарной повинности. При этом была сформирована «правильно организованная» пожарная команда Санкт-Петербурга из 1602 человек. Пожарная команда состояла из 11 частей и размещалась в различных районах города.
В 1830 году на тогдашней городской окраине в месте пересечения Садовой и Большой Подъяческой улиц по проекту архитектора В. И. Беретти был построен Съезжий дом 3-й Адмиралтейской части. Размещались в нем службы административно-полицейской канцелярии – сама канцелярия, паспортное отделение, арестантские камеры.
Для организации пожарного отделения угловая часть здания в 1842–1844 годах была перестроена по проекту архитектора Василия Егоровича Моргана.
На здании появилась восьмигранная пожарная каланча высотой 46 метров. На каланче постоянно дежурили дозорные. При пожаре на каланче вывешивались специальные сигналы. Днем это были
